Форум
Весна идет, весне дорогу!
Последняя новость:

Комендант Скив, в этот прекрасный зимний день 6 декабря поздравляем тебя с днем рождением! Пусть твое личное общежитие приносит тебе радость, независимо от глубин хитрости, оторванности и градуса чада кутежа, в которые погружается:)

RSS-поток всего форума (?) | Cвод Законов Дельты | На полуофициальный сайт Оксаны Панкеевой | Все новости

Вся тема для печатиКолесо Судьбы - история последняя. Канон Равновесия
На страницу Пред.  1, 2
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Мир Дельта — Форум полуофициального сайта Оксаны Панкеевой -> Проза: Ваша точка зрения
Предыдущая тема :: Следующая тема :: Вся тема для печати  
Автор Сообщение
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 4 Окт 2013 10:56    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

Личный кабинет Владыки располагался в его покоях на третьем этаже, куда не было ходу ни назойливым придворным, ни обычным гвардейцам, ни даже Кланмастерам без особого на то дозволения. Ваэрден отвел огромный лабиринт залов, будуаров и комнат для себя и своей Эль-Тари. Там же скрывалась его личная библиотека, собрание книг в которой по словам Воладара превосходило древностью саму столицу раза в три.
Личную обитель Волка охраняли только крылатые Воладариан высшего ранга. Проходя мимо караулов, я всей кожей чувствовала их силу, от которой хотелось ежиться. Такие умрут на месте, но врага к Эль-Тару не допустят.
Мне здесь нравилось. Аромат старинного темного дерева смешивался с едва уловимым металлическим запахом кованых светильников по стенам, тонким пыльным налетом бархата драпировок и старинной мебели. Орудуй здесь хоть рота горничных -- запах пыли и книг из таких мест не выветривается никогда и только придает еще большее очарование старым жилищам. Толстые ковры полностью глушили шаги, тишина была почти осязаемой. Казалось, еще чуть -- и она сгустится во что-то зримое.
- Мы пришли, - тихо сказал Разэнтьер, остановившись перед высокой двустворчатой дверью с вырезанным на ней личным гербом Ваэрдена -- не то стилизованным крылатым человеком, не то... нетопырем? Причудливые изгибы рисунка сливались перед глазами во что-то непонятное.
Замершие возле дверей гвардейцы еще больше вытянулись во фрунт при виде нас. Они почтительно толкнули створки дверей, распахивая их, и Разэнтьер поманил меня за собой.
- Идемте, госпожа моя, Эль-Тару уже ждет вас.
Оговорку я заметила, но промолчала. Я не его госпожа и уж точно не скоро ею стану, но то, что для него мое царствование -- дело решенное, дорогого стоило. Я молча кивнула и прошла за ним в небольшую, но уютно обставленную приемную. В глаза бросилось диковинное, причудливо изогнутое дерево, росшее в кадке у окна. Узкие синеватые листья были изузорены серебристыми прожилками и трепетали даже в спокойном воздухе приемной, источая сладковатый приятный запах. Оно здесь росло, чтобы просители не так маялись ожиданием, что ли?..
Я прислушалась. От двери справа веяло сосредоточенностью и работой, там клубились густые мысли. От дальней слева веяло покоем и уединением. И запретом приближаться.
- Прошу вас, - Разэнтьер с поклоном отворил передо мной дверь, подтолкнул вперед и оставил наедине с Волком.
Я даже оглядеться не успела -- всколыхнулся от прыжка пахнущий бумагами и воском воздух, крепкие руки сгребли меня в охапку, и Ваэрден радостно рявкнул в самое ухо:
- Ну наконец-то! К хильденовой праматери условности, я безумно рад тебя видеть!
Меня оторвали от пола и закружили, вынуждая с визгом вцепиться в плечи. Он улыбался во всю пасть, полную острых звериных зубов и довольно, по-волчьи рычал.
- Поставь меня на место! - смеясь, потребовала я.
- Зачем? - проурчал он.
- А разговаривать мы так и будем?
- А чем плохо? Ты маленькая, вот посажу тебя себе на плечо...
- Поставь! -- я вывернулась из объятий и соскользнула на пол, успев наградить его дружеским поцелуем. - Ты же позвал меня для дела.
- Ну и что? - Волк искренне вскинул бровь. - Могу я, в конце концов, встретить старого друга, как хочу?
А глаза медовые, хитрющие. Совсем не дружеское проглядывает в них иногда, но тут же прячется за привычной маской. Он вздохнул и отступил, давая мне оглядеться. М-да...
Кабинет больше походил на старый библиотечный архив -- везде громоздились завалы книг и бумаг. Фолианты горками высились на полу, на кушетке в углу, на массивном письменном столе у высокого стрельчатого окна. Со столешницы чуть ли не валились свитки писем и отдельные листы отчетов. На кресле, стоявшем возле стеллажа с книгами -- на полках зияли изрядные бреши, а тома, коим надлежало в них стоять, прочно прописались на полу, - цветным покрывалом расстелилась полная карта Десмода со всеми материками. Я бы ничуть не удивилась, обнаружив горку книг даже в Волчьем кресле, но сидеть на знаниях, как видно, было не слишком удобно...
Заметив мой оценивающий взгляд, Ваэрден смутился и поспешно кинулся сворачивать карту -- освободить мне кресло, надо думать.
- Понимаешь, неохота каждый раз лазать по полкам в поисках нужного. - пробормотал он, зашвырнув толстый рулон в угол. - А так все нужное под рукой.
- Понимаю, - кивнула я и хрустнула суставами, приподнимаясь на цыпочки в позу "звериных лап". Присмотревшись к корешкам, я принялась на пальцах кружить между книжными завалами и расставлять труды по полкам. - Но ходить здесь уже вовсе негде.
- А может, совсем наверх не надо? - обреченно спросил Ваэрден, глядя на мои метания туда-сюда.
- А тебе лень телекинезом дотянуться? - съехидничала я и, приглядевшись к названиям книг на самой верхней полке, отправила еще одну гулену в полет на место.
- Не лень, - возразил он. - Но когда я в работе, я не думаю о том, как бы мне запрыгнуть наверх или дойти до библиотеки!
- А как порыться в неразобранной бумажной куче, значит, думаешь?
- А куча -- это мой священный рабочий беспорядок! - возмутился Волк, отобрал у меня "Высшую трехмерную математику", хлопнул ею об стол а меня загнал в собственное кресло. Я плюхнулась в его мягкую глубину и вжалась в спинку -- не дай Вещий раздавит своей зеленой тушей. - Ты не помнишь, куда я засунул брачный и союзный договоры?
- Нет, - ответила я, сделав круглые глаза. Он буквально затапливал меня чарами, обаяние подавляло волю и умоляло, упрашивало сдаться. Ага. Так я и поддалась. - Откуда мне знать, куда ты важные бумаги запихиваешь.
- Жаль, - ифенху навис надо мной, склонился ниже, так что меня накрыло волной его запаха -- мятного, с легкой примесью горечи. - Видишь, к чему приводит разграбление моего беспорядка?
- Вижу, - кивнула я, сопротивляясь давлению его теплой обволакивающей воли. - К наглости некоторых волков. Мы еще не супруги.
- Это временно, - промурлыкал он, отстраняясь. Я тут же выпорхнула из кресла и почти прыжком очутилась на середине комнаты.
- Временное настолько, насколько я захочу, - улыбнулась я, скрестив руки на груди. - Есть еще некая особа по имени Зиерра.
Я прошлась по кабинету, как бы невзначай остановившись так, чтобы между нами оказалась неразобранная груда книг.
- Задержавшаяся возле трона фаворитка, - скривился Ваэрден, делая шаг в обход. - Устранить ее несложно.
- Скажи это ей, - я на шаг отодвинулась. - И вообще, займись договорами!
Волевой удар. Решившись на такое, я еще на шаг отскочила в сторону. Его разум был тверже и острее стальных лезвий, что выходят из-под молота дядьки Дима, так что от отдачи зазвенело в ушах, но сдаться?! Даже если самой очень этого хочется?! Да хвостом меня по голове, как говорят дрейги!
- И этот котенок рос у меня на руках, - хмыкнул Волк и двинулся на меня таким же "звериным шагом". Игра становилась опасной, но от этого только быстрее бежала по жилам кровь и жар приливал к щекам.
- Котенок вырос, - ответила я, чуть выпуская когти. Мы кружили по кабинету, шурша одеждой и неотрывно глядя друг другу в глаза и не переходя грани игры, за которой когти могут впиться в плоть а клыки в горло.
Я ударила еще раз, но импульс лишь скользнул по щиту с воображаемым скрежетом металла о металл. Не стоило даже пытаться, Ваэрден опытнее и сильнее меня на тысячелетия.
- Рыси слабее волков, - ухмыльнулся он и выметнул руку мне навстречу, будто метя ударить когтями.
Я успела вскинуть ладонь, перехватить -- и ощутила шершавую, загрубевшую кожу натруженной оружием руки. Словно разряд пробежал от пальцев до плеча и по позвоночнику, меня передернуло, и колени подогнулись. Он поймал, упасть не дал, но зажал в тиски рук так, что невозможно оказалось даже пискнуть. Я изо всех сил ощетинила разум этаким ежом со стальными иглами. Злилась на себя за то, что от ласкового касания его пальцев до моей щеки и уха все желание сопротивляться пропадает. От бессилия запищала -- рык уже не получался -- но писк был заглушен поцелуем. А потом этот гад укусил меня за ухо.
- В следующий раз я не сдамся так просто! -- в отместку я дотянулась и дернула его за изогнутый рог. Эффекта не возымело -- что сделается покрытой зеленоватой кожей кости. - Иди ищи договоры!
Ваэрден со смехом разжал руки. Я обиженно мявкнула и забилась в то самое кресло, на котором валялась карта, исподлобья глядя, как он роется в бумагах. И ведь знает, где что лежит! Эль-Тару протянул мне с десяток скрепленных шнурком листов, исписанных четким мелким почерком. Я узнала руку наставника Тиреля -- значит, это он составлял бумаги, причем задолго до моего посольства. Просватали заранее, интриганы!
Брачный договор... Формальность, предназначенная большей частью, для смертных. Половину документа составляли взаимовитийствования и титулы -- отца, Ваэрдена и мои. Вторую половину...
Оная половина заставила меня непонимающе воззриться на Волка. Он сидел боком на столешнице, сцепив пальцы на колене, и внимательно следил за выражением моего лица.
- Что не так? - спокойно поинтересовался ифенху.
- Вот это, - я помахала листом.
- Ну и что тебя смущает? - Волк чуть подался вперед и вдумчиво прочел вслух: - "Я, Кетар ан'Сир эль Сарадин, милостью Колеса Судьбы Владыка Света, Опора Столпа Равновесия, Эль-Тару хэйвийский... и так далее... отдаю в жены Ваэрдену Трилори, милостью Колеса Судьбы Владыке Тьмы, Опоре Столпа... и так далее, это не интересно... свою дочь, владетельную княжну Илленн эль Сарадин, милостью Колеса Опору Столпа Пламени и наследницу Равновесия Хэйвы и моей волей -- Кхаэль-Тариет, Владычицу Света..." Ну и что тебе не нравится?
- Все! - рявкнула я.
- Совсем все? - поник Волк, поджав уши и глядя на меня несчастными глазами побитой собаки. - И... за меня ты не хочешь?
- За тебя хочу, - успокоила я его. - А вот все остальное мне не нравится! Почему я узнаю о своих титулах последней?!
- А ты разве не знала?
- Откуда? - я взвилась на ноги так, что ифенху чуть не подпрыгнул на своем насесте. - меня выбрал Фирре, ты знаешь! И никогда речи не шло ни о каком Равновесии! И о наследстве тоже! Потому что править должен Рей! И вообще, как это возможно, если я буду здесь?!
- Тихо, - он скользнул мне за спину и положил руки на плечи. - До всего этого еще далеко, не скандаль. Что странного в том, что наследницей назначена кровная дочь, а не одаренный Искрой полудрейг? К тому же, место Рейдана за троном, а не на нем, он там себя лучше чувствует, и лучше способен помочь. Ты с таким риану не пропадешь. Или как это у вас... Амиран, страж?
Я упрямо дернула левым ухом. Да хоть десяток амиранов, не мое это дело и все тут! А уж быть главной Круга Девяти...
- Если я -- наследница Равновесия, то... ты знаешь закон.
- И до этого еще далеко, - успокаивающе прошептал Волк. - Ты всерьез думаешь, что Отец Отцов взойдет на погребальный костер? Скорее я поверю в то, что он превратится в божество.
- И это значит, что мы будем видеться раз в полвека, потому что я буду вынуждена остаться на Хэйве, чтобы нести свой долг.
Обойдя письменное чудовище с бумажными завалами, я встала у окна. Светившее с утра солнце затянулось плотной пеленой туч, и все представало перед глазами в жемчужном полусвете. С этой стороны стены замка сливались с утесом, на котором он стоял, а сам дворец служил одновременно и частью внешних укреплений. Здесь кончался Тореадрим и начинались владения диких духов.
Взгляд мой проваливался прямо в зеленую пропасть леса внизу -- темные ели перемежались с незнакомыми мне лиственными гигантами. Если глаза меня не обманывали, у некоторых одна ветка могла сравниться толщиной с целым стволом иного старого дерева. Лес простирался почти до самого горизонта. А за ним в туманной дымке виднелись серо-стальные воды холодного северного моря. Где-то там далеко, наверное, есть оживленный порт, куда приходят суда со всех концов Десмода, там ключом бьет торговля и можно встретить кого угодно. Но отсюда не разглядеть -- лишь безмолвный простор, над которым кружат стаи мелких ветряных духов.
Стало тоскливо. В памяти всплывали разные мелочи, над которыми я никогда не давала себе труда подумать, считая их само собой разумеющимися. Например, мою способность видеть и слышать всех стихийных духов сразу -- тогда как Хранитель-стихийник способен разглядеть и подчинить только духов своей Стихии и никак иначе. Или разномастные видения, сопровождавшие меня всю жизнь -- это тоже свойство Хранителя Равновесия.
Кто никогда не был связан с духами мира -- не поймет. Чья душа никогда не летела вместе с потоком Силы Колонн от земли до небес и выше, в вечную черноту междумирья -- тому не ощутить, не осознать всей полноты жизни. Когда душа становится песчинкой в потоке первородных сил, а разум объемлет все пространство от края до края -- ты превращаешься в Огонь тысяч и тысяч звезд что горят на Колесе, согревая сотни больших и малых, молодых и старых, плотных и призрачных миров. Ты становишься тягучим жидким огнем вулканов, что бурлит под каменной кожей твоего родного мира. Ты вспыхиваешь кострами в очагах, что согревают живущих долгими холодными вечерами. Ты пламенеешь -- а рядом с тобой еще семеро таких же как ты, познавших всю глубину одной из первородных основ бытия. И девятый, тот, кто ведает все и владеет всем, но и груз несет вдесятеро более тяжкий.
Кто такие Хранители? На Десмоде об этом забыли, на Хэйве мало кто помнил. Говорили, мол, "девять магов, поддерживающих мир и служащих Великим Колоннам". Это воистину так, но это и не вся правда.
Восемь спиц у Колеса Судьбы. Огонь, Вода, Земля, Воздух — основы явного существования. Жизнь, Смерть, Дух и Время олицетворяют бытие неявное. Восемь помощников у того, кто способен, пользуясь мощью белых или черных исполинов, проникнуть в любой одушевленный мир галактики, поговорить с ним, узнать о его обитателях, вмешаться в их жизнь; кто способен, видя одновременно несколько вариантов прошлого и будущего, изменить ход событий. В худшую или лучшую сторону -- остается целиком на совести Хранителя. А для собственного мира он ни больше и не меньше, чем залог существования, точно так же, как мир -- для него. Нет ничего крепче и полнее этой связи. И если отец решится передать ее мне, то дни его жизни начнут быстро клониться к закату...
А мне останется кружить в вечном танце с Волком на разных полюсах Оси, не отдаляясь и не приближаясь, потому что Свет и Тьма едины и противоположны, и нам должно поддерживать равновесие вращения Колеса.
- Не хочу... - выдохнула я, судорожно сжимаясь и чувствуя, что вот-вот сменю облик на звериный, и будет это выглядеть весьма неэстетично. Только сейчас обнаружила, что Ваэрден стоит позади меня, крепко обхватив за талию и не давая сорваться в превращение или еще какую дурость. - Не хочу, чтобы он уходил!
- Ш-ш-ш. У тебя есть я, - он наклонился к самому уху и опять куснул, всего лишь чуть прихватил клыками. - А денется отец куда-то или нет, это еще неизвестно. До этого еще дожить надо. И разделить нас я не позволю никаким обстоятельствам. Поняла, ma sierri?
Я невольно мурлыкнула, греясь его теплом. Сдавившая сердце серая муть постепенно отступала. Нужно было, в конце концов, прочесть второй договор и поставить подписи везде, где требовалось. Если уж родилась наследницей, все равно от этого не получится никуда сбежать.
- Разумеется, ma sierru, - кивнула я, в который раз за эти пару часов вывернулась из кольца могучих рук и потянулась к кисти для письма, лежавшей на подставке рядом с маленьким шаргофанитовым кристаллом, служившим по вечерам лампой. - Где и что я должна подписать?..
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 4 Окт 2013 10:57    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

Примерно то же время.
Хэйва, Мунейро-ви-Иллес


Кетар молча ждал хозяина птичьей цитадели. За высоким, от пола до потолка, окном злобно бесилась метель, но ее горестный вой почти не долетал сквозь створки. Пусть лучше гнев выплеснет буря, чем он задушит мерзкую птицу своими руками.
В покое с высоченными сводами царил полумрак, скрадывая очертания обстановки. Кристаллические светильники по стенам горели тускловато — видимо, кончался заряд, - а пламя в камине тем более не разгоняло зимний сумрак.
Клац, клац, клац — черные когти по истертому камню. Шелест светлой одежды. Пальцы судорожно сжались на толстом конверте из плотной коричневатой бумаги, смяли его.
Гнев все же прорывался дрожью. Кхаэль как заведенный ходил туда-сюда по комнате и тяжело дышал. С каждым лишним мгновением ожидания его все больше трясло от ярости.
- Чего ты носишься, как дверью придавленный? - тихо спросил Янос. Как и когда он вошел — Кетар не слышал. - Что-то случилось?
- И ты еще... - Владыка захлебнулся словами, задыхаясь от бешенства, - спрашиваешь!
Вемпари вздохнул и сделал несколько шагов навстречу с видом смертника, безмятежно ждущего казни. Но абсолютное спокойствие Вождя на сей раз не охладило кхаэльский гнев.
- Тварь пернатая! - сдавленно выплюнул Кетар. Оскалился, швырнул под ноги Яносу конверт. Содержимое наполовину вылетело из него. Кот вновь заметался. Слышался бешеный трехтактовый стук сердца.
Вемпари мельком взглянул на бумаги и остался стоять, где стоял, сложив крылья и опустив руки. На лице, превратившемся в застывшую серую маску, не отражалось ничего. Только в красновато-карих глазах проглядывала усталость.
- Узнал сейчас... - тихо, одними губами произнес вемпари, глядя куда-то вовнутрь себя. - Да. Это был лишь вопрос времени...
- Ты бы предпочел, чтобы я вообще ничего не знал, - Кетар резко остановился. Развернулся, скребанув когтями по полу. Свободно сплетенная белая коса хлестнула по спине и перелетела через плечо, разметавшись.
- Наверное... бессмысленно мне что-то пытаться объяснить. Однако... если ты хочешь - я скажу. Если нет... что ж... делай что хочешь.
- Этому... извращению может существовать объяснение?! - кхаэль усилием воли держал себя на месте, чтобы не дай Вещий не размазать хрупкого крылатого по стене кровавым пятном. В глотке нехорошо клокотало рычание, глаза побагровели.
- Всему существует объяснение, - Янос вздохнул, разом как-то осунувшись и постарев. - Вопрос лишь в том, нужно ли оно тебе.
Кетара колотило. Бешенство изливалось из него ядовитым жгучим Светом, уши прижались к голове. Крик, вой, рев — это все было накануне. Когда Рей только передал ему злополучные бумаги. Когда он своими глазами увидел подпись Джанрейва, утверждающую проект «Химера», когда прошелся глазами по отчетам многочисленных операций, проведенных когда-то в акрейской лаборатории. В тот вечер Рейдан еле сумел удержать его от убийств, споив несколькими кувшинами вина. Сейчас...
- Я замечательно подхожу на роль подопытной крыски, правда? Меня можно было вот так запросто сунуть под алденский скальпель, заплатить за работу немалые деньги, запихать в тело какую-то дрянь... А после нагло лгать!
Крылатый продолжал смотреть в никуда, лишь слабо вздрагивая через слово. Каждое первое припечатывало Силой не хуже увесистых оплеух, каждое второе ножом резало по сердцу. С крыльев соскользнуло несколько перьев, бесшумно опустились на пол мертвыми бабочками.
- Кетарэ, я... - но слова застряли в горле, рассыпавшись бессмысленным бормотанием.
- Что ты? Ну что ты? Преподал мне прекрасный урок доверия и «всеобщего блага», спасибо. Я его усвою. Или скажешь, будто не знал, что у химерологов не сработал наркоз?
Голос Владыки внезапно сел и с басовитого рыка скатился в зловещее сипение. Гнев спадал, уступая место страшной ледяной пустоте. Он оглянулся, ища за что бы уцепиться, но так и остался стоять посреди комнаты, истекая тускнеющим Светом. Наркоз тогда действительно сработал не полностью. Он лежал под слепящими лампами, неспособный двинуть и пальцем, но видел и ощущал абсолютно все. А крылатые рептилии с человеческими лицами полосовали и переделывали его тело... По живому.
- Неужели ты с высоты своей нынешней мудрости не осознаешь, что так было нужно... - прошелестел Янос уже почти беззвучно.
- Для чего нужно? Из-за этой дряни внутри я больше не могу исполнять работу Хранителя, не могу взойти на Колесо. Она меня давит, разрывает изнутри. Или вы что, специально ждете, когда я взорвусь, как бомба?
Кот снова начал метаться туда-сюда. Хотелось по перышку ощипать вемпари перья, вцепиться когтями в лицо и глаза, рвать на части, выплескивая внезапную обиду и боль... Но даже сейчас он не мог себе такого позволить, оставаясь... кем? Хранителем? Эль-Тару? Или другом этому вот... Кетар и слова-то подходящего найти не мог.
- Есть и другие пути оказаться единым с Колесом... - туманно бросил Янос, поднимая взгляд на кхаэля. Взгляд этот, впрочем, оставался по-птичьи стеклянным.
- Объясни мне, идиоту кошачьему, для чего ты ввязался в это сам. И для чего заложил в меня камень? Я, хоть убей, не вижу в вероятностях ничего, кроме взрыва, ставящего под угрозу всю Хэйву!
Кхаэль отвернулся и отошел к окну, махнув лапой. На душе стало мерзко. Как будто нырнул по уши в помои или канализацию.
- Мог хотя бы свои руки не пачкать... друг.
«В чужие я бы тебя не доверил...» - донеслось обрывком мыслей. Говорить крылатый уже был не в состоянии. Казалось, еще чуть, и он просто перестанет быть. Раздавленный грузом собственной вины.
Кетар прислонился лбом к холодной лирофанитовой пластине в раме окна. Метель утихала. Было больно и пусто. За спиной дрожал сжавшийся комок страдания в хрупкой оболочке из мяса, костей, кожи и перьев. Птица, с которой он играл в том, человеческом детстве, ушедшем из памяти, и «детстве» новом, через которое пришлось пройти после скальпеля. Птица, не раз латавшая его раны после тяжелых боев.
Злодейка-память подбрасывала картины.
Тусклый свет, заливающий ничего не различающие глаза. Древесный запах. Боль во всем теле, неподвижном, чужом, горячем.
Какие-то голоса.
Страшно. Кто они?
- Янос, ты понимаешь, что ты натворил?! - взбешенный хриплый полушепот. Кто-то очень сильно переживает за него. - Если бы не я, он умер бы там! Как ты вообще посмел меня отослать?
- Не умер бы. Вероятности не указывали на смерть. Хотя возможность была высока, да.
Спокойный, усталый голос. И теплые добрые руки, от которых боль в страхе бежит. Надо сказать. Надо поблагодарить... Надо? Что такое «надо»? Как это делается? Кто он? Сиплый мяв из глотки. Все слова разбежались. А что такое слова?.. Как больно...
- Мяу...
- Тише, тише, хороший. Пройдет. Скоро все пройдет.
Руки. Крепкие, жилистые, хоть и тонкие, с синей кожей. Какая-то невкусная гадость на ложке, но от рук никак не увернуться. Шелест перьев, черных как уголь...
Кетар в бессильной ярости ударил лапой по пластине минерала. Лирофанит выдержал. Зачем, зачем все это? Зачем он сам, руководствуясь «всеобщим благом», играет судьбами не простых смертных — своих же детей?
- Эх ты... Чучело пернатое.
И снова несколько перьев, враз поседев, опустились на пол серыми клочьями пепла. Янос сейчас больше походил на старую помятую игрушку - забытую и сломанную, но, возможно, дорогую как память. Кетар тихо подошел, подплыл на сильных лапах. Мягко положил руки на жилистые тонкие плечи, придержал.
- Ты моя птица, - шепнул он в самое ухо вождю. - Слышишь?
Вемпари вздрогнул и затих, на мгновение подняв взгляд на друга. То ли не знал, что сказать, то ли все еще не верил, что его не пытаются придушить или ударить. Он молчал, нервно дрожа крыльями.
- Кетар, разве... - но снова голос предательски дрогнул и вырвался слабым кашлем.
- Разве мы люди или дети, чтобы рассориться из-за того, что было тысячи лет назад, и за что давно заплачено? А если мне когда-нибудь придется проделать то же самое — кто возненавидит меня?
Янос странно встрепенулся, быстро дернув взглядом в сторону, помотал головой:
- Это все... слишком неоднозначно...Мможет быть... И я... Когда...
Казалось, крылатый пытается говорить о нескольких вещах сразу и путается между ними.
- Ты говори яснее, - Кетар убрал руки и отстранился, зная, что друг не любит лишних нежностей. - Невмешательство — хорошая штука, но иногда излишне вредная. Если что-то видишь — скажи, прекрати молчать!
- А... кажется, мне не показалось... - в красновато-карих глазах вспыхнул белесый огонек, но тут же исчез. - Рейдан...
Кхаэль вздрогнул. Удушливый страх подкатил к горлу, сердце снова ударилось о ребра. Его Первый князь. Его пора? Что с ним? Порой вытягивать из Яноса правду было все равно, что гнутый гвоздь клещами драть. И за это точно стоило перья выщипать!
- Что ты видишь? - снова навис он над пернатым.
- Рей, он... с ним что-то не так, и потом... будет... - Янос зажмурился, отступил назад, пытаясь ухватиться за стену и начиная медленно сползать на пол.
Кетар прыгнул. Поймал, отнес в кресло. Присев на колено рядом с полуобморочным вемпари, пару раз легонько хлопнул по щекам, досадуя на капризный дар — чем сильнее и ярче вождя накрывало предвидением, тем меньше он успевал сказать перед обмороком. А потом, к несчастью, не помнил ничего из того, что говорил.
Черные крылья вяло скребущие по полу, вдруг резко выгнулись вверх, заостряясь сталью броневых перьев - лязгнул металл, поднялся удушливый и непривычно едкий запах грозы и пепла с серно-чешуйным послевкусием. Янос трепыхнулся, едва не вывалившись из кресла:
- Смерть... смерть в небе... черный... Рей, стой! - и вемпари разом опал, окончательно, на этот раз, потеряв сознание.
Редактировать сообщение
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 25 Окт 2013 18:04    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

Господа и дамы! Быть может, проще дать, кому нужно, ссылку на страничку СИ? Там лежит как раз полная версия со всеми правками.
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
arida Прекрасная леди

Разбойник на Окольном Пути


Откуда: Донецк

Родители: Базилик

СообщениеДобавлено: 25 Окт 2013 18:56    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

Илленн ан'Трилори, если полная версия есть на СИ, можно ссылку вывести в первый пост темы (чтобы вновь заинтересовавшиеся произведением сразу его там и прочитали). Мне, например, интересно Smile
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 25 Окт 2013 19:04    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

Дык, если интересно, надо хоть как-то оповещать, что оно читается) А то сидишь и не знаешь, надо оно кому-то или нет. А ссылку в первый пост закину.
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 25 Окт 2013 19:08    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой



Часть 2
Десмодский Волк


4. Выгода мертвеца

А позволю-ка я себе вмешаться в рассказ Илленн-эрхан на правах второго главного участника тех достопамятных событий, а главное — на правах законного супруга.
В самом деле, писательским талантом в нашем обширном семействе обладает не она одна. Чего прибедняться? При моей, скажем так, должности владение эпистолярным жанром обязательно — вельможи за своего не примут, ежели не научишься развешивать по их ушам словесные кружева, а изобразить более-менее художественный рассказ не намного сложнее... Заранее прошу прощения за некоторую жесткость и грубость стиля. Я ифенху военный, к женским утонченностям не приучен, рассказывать буду, как умею. Так оно, пожалуй, быстрее выйдет.
Начать следует с того, что расчет любимого наставника я понял далеко не сразу. Вернее, поначалу совсем не понял. Ну дурак был. Идиот. Хотя, что прикажете думать? Учитель мало того что гоняет, как сопливого мальчишку, не обращая внимания на всякое там высокородие с крыльями, так еще и девчонку подсунул вредную. Сиди мол, Волчара, в няньках, на большее не способен. Меня это вкупе с ее поведением несказанно злило, но поди попробуй перечить Кетару Коту! Дитя этим пользовалось и ездило на мне, как хотело, а уж доводить до белого каления уже тогда умело мастерски. С другой стороны, она была единственным существом, принимавшим меня безо всяких оговорок. И до сих пор таковой остается. За это земной ей поклон.
Я должен был бы спохватиться еще тогда, когда первым колокольчиком прозвенел испуг за нее в горах. А потом при стычке с ее братом. Потому что я детей не люблю и не понимаю, они для меня страшнее акрейских ящеров. Тут уж не пришибить бы ненароком со злости, не то, что за них пугаться; в этом смысле меня ничему не научило даже рождение собственного сына от первой жены — Бастаен как рос сорняком, так им и остается по сию пору.
Но я не спохватился и не задумался. Я отчего-то наслаждался непривычным ощущением заботы о ком-то много младше и слабее себя. Когда пришло время уходить домой, понял, что без этой рыжей пигалицы дни мои опустеют. Где будут ее бесконечные шалости и вопросы, от которых впору за голову было хвататься?
Вспомнилось, как однажды летом, аккурат в ее сто десятый день рождения я сидел себе на крыльце с чашкой чая и никого не трогал. Было жарко, солнце стояло в зените. Я только-только научился не прибегать к помощи щитов в такие вот яркие дни, да и вообще безбоязненно пить что-то кроме крови и вина. Пряный напиток с запахом луга и меда заставлял меня расслабленно мурчать и почему-то думать, что вот так вот выглядит счастье.
Рядом на самом солнцепеке развалился брюхом напоказ Айфир Обсидиан — черно-серый пятнистый дрейг, бессменный компаньон и собутыльник Владыки Кетара. Он грелся, распластав по земле паруса крыльев. Кончик гребнистого хвоста то загибался кверху, свиваясь кольцом, то снова падал на траву.
Красота.
- Во-олчи-ик! - раздалось из ближайших ягодных кустов.
Я вздрогнул и на всякий случай отставил чашку от греха подальше. Мое милое нареченное дитя запросто может ее с разбегу смахнуть и не заметить.
Раздался треск, мяв, и чумазое дитя кубарем выкатилось из зарослей. Поднявшись на ноги, оно честно попыталось превратить себя в княжну.
Получалось плохо — ободранные коленки, перепачканные землей и соком руки и мордашка, платье, с утра бывшее кремовым... И венец всего этого — рыжее воронье гнездо на голове.
- Волчик! — выпалило чудо, глядя на меня глазами честного-пречестного котенка, насмерть загрызенного любопытством. - А откуда берутся котята?
Я поперхнулся чаем, которого сдуру решил в этот момент глотнуть.
Котята?! Это в смысле дети, что ли?! Пытаясь откашляться я лихорадочно соображал, за какой из известных мне ответов ее отец не свернет шею. Картина выходила удручающе печальной в любом случае...
- Капусту я уже проверяла! - заявила Рыська, по-взрослому уперев лапки в боки. - Так что не ври мне!
- Э-э... Дрейг приносит! - брякнул я первое, что пришло на ум после упомянутой капусты.
Совсем было обленившийся Айфир дернулся, а мы дружно уставились на него.
«Ну подыграй же!» - отчаянно взвыл я.
- А это... д-даааа… - не очень уверенно протянул Айфир, бегая глазами по сторонам.
- А где они?
- А это... - дрейг приподнялся и картинно развел лапы. - У меня котята того... Уже кончились.
- А ты мне покажешь, где ты их берешь? - подскочила к самой морде юная кхаэлья. - а возьми меня с собой, когда разносить будешь!
- Дык, нескоро ж еще-то... - попытался отмахнуться Айфир. Не тут-то было — любопытный детеныш начисто забыл про меня и засыпал его вопросами. Дрейг еле успевал отговариваться.
«Ну, Волчара, я тебе это еще припомню!» - ворчливо пригрозил он мне вдогон, едва я собрался скрыться от солнца в доме.
Из таких вот каждодневных мелочей складывались годы и годы без власти и интриг. Зато они наполнены были обучением всему — от основ сплетения Стихийных потоков и ювелирного управления вероятностями до изучения сотен редких томов из Котовой библиотеки, от фехтования по утрам и вечерам до починки прохудившейся кровли дома. Настоящая жизнь царила здесь и сейчас. В ней была семья, были те, кому я нужен просто так, и порой хотелось плюнуть на все и остаться навсегда, но...
Самое подлое, что относительно Рыськи я был выдернут на Хэйву из прошлого, и до следующей нашей встречи мне пришлось бы ждать не одну тысячу лет... Совесть за то, что влюбился в ребенка, меня не грызла — время проходит, и дети вырастают, все без исключения. А столь глупые человеческие понятия, как «неравный брак» бессмертных волнует мало...
Перед тем, как открыть для меня портал, Владыка Кетар уронил слова, которые потом веками подхлестывали не хуже плети.
- Люба моя дочь, по глазам вижу. И не отпирайся, все равно не поверю. Времени будет у тебя вдосталь. И если докажешь, что достоин ее мужем и повелителем стать, что сумеешь ее защитить — получишь. По всем канонам, я сделаю вас единым целым.
- Древние вроде тебя никогда и ничего не делают просто так, - ответил я, нисколько не сомневаясь в своих словах. - Что от этого союза получишь ты?
- Всеобщее благо, - спокойно ответил Светлейший. В его звериных жутковатых глазах читалось только безмятежное спокойствие, а кошачье добродушие могло обмануть разве что человека. Или детеныша, птенца неопытного. Можно было не сомневаться, что Кетар строит грандиозные планы, вплетая в них не только меня и свою дочь, но и собственных амиранов-князей, и даже мою кланмастерскую гвардию. А спрашивать... бесполезно. Пока не сочтет, что пришло время поделиться, ответа у него не допросишься, как прошлогоднего снега. В лучшем случае запутает намеками, заговорит так, что знать не будешь, где правда а где присказка.
Ну и я спорить не стал — благо так благо. Вопрос лишь в том, насколько оно совпадает с благом каждого существа в отдельности. Но и это мы со временем проверим, не даром учены... Учитель метался по круглой площадке Колонн в бешеном танце, Сила хлестала, била в одну точку. С треском проскочил разряд, пространство и время сжались, переплетаясь, поменялись местами. На прощание он притиснул меня к себе, так что от жара перехватило дыхание — и толкнул в раскрывшийся молочной белизной зев портала.
Меня с невероятной силой размазало по ткани реальности, закружило, понесло... Перед глазами проносилась звездчатая чернота междумирья, то скручивалась в причудливые спирали, то распрямлялась. Это длилось один бесконечно долгий вздох. А когда мне стало не хватать воздуха...
«Прощай, Мать-Хэйва» - подумал я.


...И грохнулся спиной на кучу щебенки. От смачного ругательства не удержался. Родной десмодский воздух влился в легкие вместе с гарью и сажей, металлическим кровяным и морским горько-соленым привкусом.
Пороховой склад догорал. Вместе с портом. Редкие язычки пламени еще гуляли по закопченным балкам и плитам, в воздухе снежинками кружился пепел. Под одной из этих балок должен был лежать я, сплющенный в кровавую лепешку, не подлежащую регенерации. Вместо этого я валялся на припорошенной пылью и пеплом куче щебня, спустя час или два после взрыва и задолго до рождения вдруг появившейся у меня невесты. И выглядел не так, как должен был бы: совершенно целый, отъевшийся в кхаэльском доме, даже одежда на мне была хэйвийского кроя.
Изредка проглядывающее из-за туч и клубов дыма солнце не обжигало кожу, ласково гладило. Вот, что значит возросшая сила. А спина после удара об острые камни болела зверски. От прыжка сквозь портал мутило. Я лежал, смотрел в небо и со вкусом перечислял все хильденские родственные связи, какие только мог придумать.
В стороне послышались чьи-то поспешные шаги. Я в последний раз припомнил троюродную матушку самого Лорэт Алден и шустро скатился со своего лежбища. Расслабился за три сотни-то лет, распустился, отвык врага за версту чуять! Да и переход мне мысленный слух отбил начисто — я совершенно не мог понять, кого это принесло по мою матерящуюся душу.
Это оказался мой риану. Разэнтьер. Весь черный от копоти, в помятых и наполовину сорванных доспехах, с безумным взглядом желтых глаз. Едва не споткнувшись об очередную балку, он замер как вкопанный и долго потерянно глядел на меня, не зная, то ли за шпагу на боку хвататься, то ли падать в обморок, то ли вовсе бежать куда подальше от страшного призрака.
Ну да. Сначала он наверняка почувствовал мою боль, потом от удара по голове связь резко оборвалась, а потом был взрыв.
- Разь, это я. Со мной все в порядке. Я живой и не прозрачный, видишь?
Он зашипел, обнажив клыки, и все-таки вцепился в рукоять шпаги. Лязгнул клинок об оковку ножен, висевших почему-то на правом боку. Я внимательнее присмотрелся к движениям — правую руку он явно берег.
- Разь, ты чего, не признаешь меня?
- Я сам видел, как здесь все взлетело на воздух! - истерично заорал Воладар. Боялся поверить, ошибиться? Ну не нежити же он испугался, в конце концов! - Не подходи!
Ну и что прикажете с ним делать?
- Разэнтьер, убери оружие, - перешел я на приказной тон и шагнул ему навстречу, протягивая пустые руки. - Я откроюсь. Проверь, если хочешь.
Рука со шпагой дрогнула, в глазах, наконец, проблеснул разум. Я молча опустил все щиты и позволил ему коснуться своего сознания, втягивая в тот уголок пустоты, где когда-то гнездились наши узы.
Хлынувший в душу поток отчаяния, боли и страха едва не сбил меня с ног. Все, что довелось пережить Разэнтьеру за эти часы, грязным водоворотом крутилось сейчас в моей голове. Говорят, первые узы всегда самые крепкие, а он был не только моим первым птенцом, но и Эр-риану — служителем крови. Другом, нянькой, секретарем, наконец, залогом того, что мой Темный дар не взбесится, заставив меня бездумно кидаться на людей с ревом: «Еда!» Я был смыслом его жизни, из-за меня рыцари Ордена Святого Сиареса когда-то сочли его предателем. Успели бы казнить, не вмешайся я...
А сейчас он решил, что остался один.
Раз-эр-Энтьер Воладар, всегда собранный и сдержанный, всегда стремящийся спрятать излишние по его мнению проявления чувств, выронил шпагу и с каким-то жалобным всхлипом ринулся мне на шею. Его объятие вышибло у меня из легких весь воздух а помятое боевое железо больно впилось куда ни попади. В ответ я успел только невнятно квакнуть что-то и чуть извернуться, чтобы не оказаться задушенным его хваткой.
- Ты... - прошипел он. - Ты... самый отвратительный мохнатый засранец, какого я когда-либо встречал!
- Разь, отпусти... - просипел я. - Раздавишь...
Он рыкнул, но руки разжал, вглядываясь пристально и все еще неверяще.
- Ничего не понимаю... В таких взрывах не выживают! Где ты был, почему так странно выглядишь? Где тебя носило, серая ты шкура?!
- За невестой ходил, - хихикнул я, отряхивая с кафтана копоть. - Вот, теперь можно и дальше повоевать.
- Да я тебе сейчас в лоб дам за такие шуточки! - взвился риану. - я чуть с ума не сошел, хоронить тебя собрался, а ты, твою такую хильденову праматерь, о невестах мне заливаешь! Какая, к демонам, невеста?! Воевать он собрался, волчья морда...
- Успокойся, Разь, - я примирительно положил ему руку на плечо. - Я не шучу, говорю вполне серьезно. На Светлой стороне Колеса я был, на Хэйве. Там три сотни лет с небольшим прошло, и Владыка Света действительно сосватал мне свою дочь.
Я подтолкнул Разэнтьера в сторону протоптанной им же дорожки — мол .пора выбираться из завалов. Расползавшийся всюду едкий дым начинал действовать мне на нервы, не говоря уже о напрочь отбитом на сегодня нюхе.
- Свяжись с Хранителем... - фыркнул Воладар, подобрав шпагу и со стуком загнав ее в ножны. - Какого хильден ты мне не сказал, что так умеешь?
- Я — не умею. Честно. Это Кетар-эрхе меня вытащил.
- Кто?
- Эль-Тару хэйвийский.
- Ай! - Разь досадливо махнул рукой. - Ну тебя с твоими магическими завихрениями! Я из-за тебя сегодня напьюсь, и похмелье глушить не буду, понял?
- Да понял, понял, на здоровье! Я тоже напьюсь и тоже похмелье глушить не буду.
Риану покосился на меня, но промолчал, отыскивая обход очередного завала. Взрыв оказался такой силы, что разнес не только сам склад, но и еще несколько зданий вокруг.
- Повстанцы ушли? - спросил я, стараясь внимательнее прислушиваться и к окружающим звукам, и к ментальному фону.
- Да. Тебя сочли мертвым. Даже Змей. Мы отбили город, но в войске разлад, людское командование готово пойти бунтовщикам на уступки, Кланы в смятении. Да и рингарские корабли на подходе. А ты о невестах разглагольствуешь...
Положение дел оказалось хуже, чем я ожидал — с одной стороны. С другой...
- Не ты ли меня учил из всего извлекать пользу, друг мой? Даже мнимая смерть может оказаться выгодной. Да и Хранитель нынче учен кусаться.
На грани слышимости что-то шевельнулось, потом еще и еще. Справа, слева... Излучение разумов я по-прежнему не мог отследить, так что инстинкт панически выл об опасности, принуждая тело напрячь каждый мускул. Разэнтьер мстительно захихикал.
Я едва успел оглянуться на звук шагов, как на меня прыжком налетел... разумеется, Фиц. Сверху. С полуобвалившегося карниза. Сбоку сграбастал Думар — и откуда только прыть взялась? Со второго боку, не дав мне окончательно рухнуть под тяжестью свалившихся счастливых туш, как-то нерешительно, словно не зная, прогоню я его или нет, прильнул Бастаен. Прочая орава только что не приплясывала вокруг, счастливо галдя и норовя распихать самых шустрых. В несчастную мою голову изливался такой толстый поток радости, что хотелось сбежать.
- За тобой, вроде бы, не водилось раньше желания подстраивать мне гадости, - укоризненно прошипел я Воладару. - Вовсе незачем было орать всем и сразу!
- Ты заслужил, - милейше улыбнулся тот.
В свое время, одаривая их, я пошел на нарушение всех мыслимых традиций, установленных еще Старейшинами. Ни одного из них я не оставил во время превращения наедине с диким даром, ни одного не бросил выживать самостоятельно в первые месяцы после него. Ни один не проходил череды обязательных жестоких испытаний, призванных выявить среди новичков сильнейшего, а остальных убить за непригодностью.
Они это помнили. И отплачивали верностью, среди людей невиданной.
- Каков авантюрист! - фыркнул откуда-то сбоку Маг-эр-Тайер Воладар, не то дедушка, не то дядюшка моему риану, один из немногих, кто был старше меня и просто принес клятву верности на крови. - Обвел всех вокруг пальца и доволен.
- Точно! - рыкнул Думар, тряхнув взлохмаченной черной гривой. - Давай, колись, что задумал!
Они толпились в моей голове, желая удостовериться, что я действительно жив, цел и непрозрачен. Будь их воля, они бы и палочкой в меня тыкали для большего уверения, но за такую наглость можно было и по шее получить. Галдели, как дети, забыв про субординацию, военное время и приличия.
- Вон из моей головы и молчать! - наконец, рявкнул я, поняв, что просто так они не отстанут. - Вы гвардия или кхаэльские детишки?!
- Что-то ты странный стал, Мастер, - озабоченно заворчали мои орлы. - Выглядишь уж больно аккуратно, невидаль всякую поминаешь, силы в тебе больше, чем два часа назад было...
Они издеваются?! Я невольно зарычал, да так, что они отпрянули в разные стороны. Даже сын испуганно шарахнулся прочь, подальше от меня, поближе к старшему Воладару. Раздражение поднималось горячей волной вдоль хребта, постепенно переходя в ярость. Запоздало промелькнула мысль, что я зря вызверился — они ведь всего лишь беспокоились обо мне. Но сожаление тут же смыло гневом, и чем больше я старался сдержать его, тем быстрее он перерастал в боль — как будто кто-то залил мне в позвоночник раскаленный свинец, и теперь тот норовил растечься по ребрам. Зрение затянулось багровой пеленой, в ушах стоял гул крови. Огненная боль распирала изнутри.
«Убей их» - шептала она. «Убей недостойных, утоли гнев!»
- Отец! Что с тобой творится?!
Голос Бастаена, смутный, глухой, как сквозь вату. Сын тревожно заглядывает мне в лицо. Глаза глубокие, фиолетовые, как у матери. Затягивают... Когда это я успел оказаться на коленях прямо посреди захламленной улицы? Крылья судорожно скребут жесткими перьями по пыльным камням. Откуда они? Я вовсе не желаю их распускать! Расплавленный стержень снова шевелится вдоль спины. Ребра сдавливают внутренности, сердце скачет бешеным зайцем. Боль швыряет наземь, но упасть не дают, подхватывают рук в шесть а то и восемь разом.
- Мелкаэн! Живо смотри, что с ним!
Наш штатный «безумный ученый», одновременно лейб-медик и маг-целитель.
- Что-что, - ворчит он, суетясь вокруг меня, я его почти не слышу. - Дар проснулся, готов меняться. В лагерь надо, к Змею. Зеленым будешь, Мастер!
- И ушастым! - поддакнул Айвар. - Отрасти уши, как у Старейшины!
- Заткнись, Фиц! Ему не до тебя сейчас.
Первые шагов сто я честно пытался идти сам. Потом парням это надоело, и они, вскинув меня на плечи, рысью ринулись по улицам. Сознание не померкло, но как будто чуть отступило, превратившись в стороннего наблюдателя. В голове поселилась бездумная пустота, а кто-то посторонний внутри меня равнодушно подгонял парней короткими беззвучными командами. То жар, то боль волнами прокатывались по телу, крылья пытались дергаться то расползаясь в вязкое полупризрачное марево, то снова обретая форму.
- Разь, давай закоулками, незачем местным нас видеть.
- К разрушенной стене?
- Ага. Я уже послал весточку Змеевым следопытам, они нас ждут
- Ты что, с ума сошел?! Представляешь, что начнется, если сейчас по армии слух пройдет?
- Не пройдет, им же неохота без зубов ходить.
Их перепалка становилась все тише, взволнованные голоса отдалялись, пока я совсем не сполз в беспамятство. А там, в плотной темноте, не переставая, шептал чей-то скрежещущий голос, как будто кто-то водил напильником по костям:
- Убей их, убей всех, убей недостойных! Ты сильнее, я сильнее! Имеет право жить только сильный! Впусти меня, убьем их вместе... Впусти... Впусти... Свободен... Буду свободен...
И почему не получается заткнуть уши? Движение прекратилось. Неужели добрались? У меня не было голоса, чтобы спросить. До сих пор с содроганием вспоминаю те бесконечные часы абсолютной беспомощности без зрения, слуха и дара речи. Даже телепатия мне отказала. Я свернулся клубком в коконе неподвижного чужого тела и... нет, не думал. Просто ждал, устало слушая повторяющийся скрежет назойливого голоса. Он знай себе твердил одно и то же — убей да убей. Не будь я к тому времени уже сумасшедшим, наверняка рехнулся бы. А так я всего лишь дождался, пока ко мне вернулся хотя бы обычный слух.
Шаги, звяканье. Скрип кожи, металла, дерева. Негромкие голоса караульных в отдалении. Едва слышный шорох ветра по тяжелой плотной ткани шатра, совсем далекий гомон лагеря за ними. Благословенные звуки!
Рядом со мной кто-то был. В несколько раз обострившийся слух различал даже самые тихие движения, текуче-плавные, как у змеи.
- Тореайдр? - не сразу я вспомнил, как надо разговаривать, вот незадача. Вместо нормальной речи получился только невнятный бульк.
- Пришел в себя? - сразу же отозвался Старейшина. - Это хорошо. Признавайся, где был и чью кровь ухитрился выпить?
- На Хэйве был, - не стал отпираться я, понимая, что с Тореайдром Манвином по прозвищу Зеленый Змей играть все равно бесполезно — все выведает. Или уже все знает. - Владыка Кетар эль Сарадин милостиво напоил меня своей кровью.
Послышалось изумленное шипение — это Змей со свистом втянул воздух.
- Неплохо залетел, - изрек он, подсаживаясь ко мне. - То-то твоя Сущность себя так странно ведет. Ты хоть понимаешь, что результат трансмутации может оказаться непредсказуем?
Раздался тихий звук вспарываемой когтем кожи, в нос ударило ароматом крови. Тореайдр решил поделиться своим нектаром? Славно. Меня приподняли и ткнули носом в раскрытую жилу, как слепого щенка. Хотя, почему как? В тот момент я им и был.
Его кровь обжигала язык и горло, как крепкая перцовая настойка, к солено-металлическому вкусу добавлялся пряный отголосок, ощутимый только ифенху. Я пил, вытягивая все, что было дозволено, не останавливаясь и откровенно жадничая. Знал, что если прервусь — больше мне не дадут.
- Хватит, отцепись, клещ болотный! - ну вот, меня оттолкнули. - Так ты и меня свалишь.
Тореайдр отобрал у меня руку и отошел, зажав ладонью рану. Он, в отличие от моих орлов, чувства свои старался не показывать — на то он и последний Старейшина Темных. Но, если бы Зеленый Змей не приютил когда-то у себя на болотах одного молодого и глупого бездомного волка, да не научил многому из того, что знал сам... Неизвеcтно, как повернулась бы история.
Он был первым, кто заставил ифенху взбунтоваться против своих создателей — ныне полностью вымерших Темных вемпари, он вывел наш род из лабораторий в широкий мир и научил выживать. С его помощью ифенху перестали быть всего лишь сосудами для душ и памяти вымирающих от бесплодия птиц, боевыми машинами, в которые специально была заложена ненависть к хильден, вечным противникам птиц. Из тех двенадцати, что когда-то возглавили самые первые наши рода, Тореайдр единственный остался в живых.
Именно он когда-то разглядел во мне Аль-хэйне1 и чуть ли не пинками заставил сплотить потрепанных бесконечными войнами за выживание ифенху в единое целое. Он, насколько возможно, старался дать мне семью, хоть у нас это и не очень принято. Вот и сейчас вместо того, чтобы заниматься делами войска, он сидел со мной. Вернее, с нарочитой ленивостью расхаживал туда-сюда.
Так тошно от боли мне еще никогда в жизни не было. Она заполнила все тело, словно желая, чтобы оно расползлось по волоконцу, но вместе с тем, в голове прояснилось, безумный шепот, о котором я благоразумно решил промолчать, растворился где-то в темных закоулках сознания. Из боли легко можно черпать силу и пускать ее в дело — и я старательно переплавлял собственное страдание в энергию, которой телу требовалась уйма. Понемногу возвращалось и зрение, так что теперь я видел над собой купол шатра и темно-зеленое, кое-где украшенное чешуйками хищное лицо Тореайдра с казалось бы равнодушными змеиными глазами. Однако левое стоячее перепончатое ухо Змея нервно дергалось — старик переживал, хотя очень старался этого не показывать.
- А теперь подумай хорошенько, раз уж выпил кхаэльской крови, - сказал он. - У тебя одна из сильнейших Сущностей за всю историю рода Ифенху, изменить себя ты можешь, как угодно. Уйти в море, подняться в небо, отрастить хвост, еще одну пару рук или ног. Хотя, ума не приложу, зачем тебе лишние ноги... Тебе точно нужно родство с кхаэлями?
- Скажи, - я предпочел ответить вопросом на вопрос. - Слух о том, что я жив, еще не начал расползаться во все стороны?
- Пока нет, - покачал головой Старейшина, привычным жестом теребя узкую черную бородку клинышком. - Что ты задумал?
- Так, мысль одна есть... А родство с кхаэлями — чем оно плохо? Тем более, что...
- Что есть там одна малолетняя княжна, - перебил он меня. - Знаю, уже доложили. Ну что ж, твое дело. Я могу пожелать только удачи.
И он вышел, оставив меня одного на низком походном ложе, застеленном несколькими шкурами. Я прикрыл глаза, готовясь пройти тяжкую череду изменений, которую дано осилить отнюдь не каждому ифенху. А ведь нужно еще исхитриться сохранить при этом разум...
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 26 Окт 2013 14:36    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

..Нет, определенно, принятое решение оказалось сущей дурью. И какого хильден меня дернуло заставить свой Темный дар преобразовывать тело в подобие кхаэля? Нет, тех трех достопамятных глотков, которыми одарил меня Владыка Кетар, хватило, чтобы Сущность запомнила нужное сочетание генов, но, Вещий свидетель, как же это было больно! Мало того, что трансмутация отнимала все силы, сминая и перекручивая, перелепливая каждую клеточку тела. Мало того, что ради этого приходилось двенадцатые сутки быть в полном сознании, чтобы вовремя успевать отдавать телу нужные команды! Так еще и Мелкаэн, сингра его загрызи, ради этого дела затащил меня не куда-нибудь, а в свою лабораторию! Чтоб ему... Три дня кряду икалось...
- Ну не ворчи, Мастер. Такое преобразование проходит впервые, надо проследить.
Мысли слышит, зараза. Я приоткрыл один глаз, тут же заслезившийся от яркого света развешанных по стенам кристаллов желтоватого шагрофанита. Всклокоченная Мелкаэнова рожа тотчас образовалась надо мной со шприцем в руках.
- Уйди, злыдень! - попытка отмахнуться не увенчалась успехом, недоморфировавшая рука с полуслившимися пальцами и ошметками когтей отказалась повиноваться вообще. Сама мысль о движении вызвала такую боль, что я не сдержался. - Terru!
- Ай-яй, Эль-Тару, а бранишься, как сапожник, - в назидание игла впилась мне в вену на сгибе локтя, и Мелкаэн щедрой рукой вытянул из моей персоны образец крови для своих изысканий.
- Иди ты, знаешь, куда?
- Не-а, Мастер, не пойду. Мне и тут хорошо.
Я сдержал вздох пополам с руганью Спорить с Кланмастером Вопрошающих Вещего в стенах его же святая святых — совершенно бессмысленное занятие. Это я на Десмоде великий и грозный Эль-Тару Ваэрден и куча титулов, а над Десмодом — подопытная крыска у собственного птенца. По телу пробежала очередная волна судорог, внутри меня заворочался дар, пробивая хребет огненной болью. Впору было возненавидеть эти обшитые светлым деревом стены и белый потолок, этот желтоватый свет и темно-фиолетовое небо за толстым непробиваемым окном, в котором зелено-голубым бриллиантом плыл Десмод. Неподвижная и неизменная обитель Хильден — Акрей, — висела немигающим голубым глазом чуть в стороне. Я скосил глаза на Мелкаэна.
Он, как и Разэнтьер, был когда-то Инквизитором, но в Ордене служил в должности мага-исследователя. В то время жесточайшая война за выживание, которую мы вели с людьми, уже успела вылиться в вялые стычки на границах наших узаконенных владений. Беспечные молодые ифенху орденцам в лапы больше не попадались. Ставить опыты было не на ком. А Мелкаэн Таймар отличался маниакальной страстью к медицине. И прослышав, что я набираю сторонников и старательно покровительствую наукам, упросил Великого магистра Малефора отправить его ко мне «агентом-разведчиком». Оба, разумеется, понимали, что это всего-навсего отговорка и оправдание, но Малефор оказался милостив. В силу звания Хранителя Времени, надо полагать.
Мелкаэн перестал замечать окружающее вовсе, бегая с моей кровью вокруг сложносочиненной системы из металлических трубок, линз, реторт, колбочек, пластинок, кристаллов и Стихии знают чего еще. Как всегда, про расческу забыл, волосы всклокочены, рабочий халат покрыт разноцветными пятнами реактивов и кислот, на кончике носа чернильное пятно... И рожа вдохновенная, словно у поэта, изливающего на бумагу очередной шедевр. Пусть его.
Я сосредоточился на своем теле, ощупывая сознанием кости, которые словно превратились в мягкий подтаявший воск. Волна за волной, импульс за импульсом Темный дар плавил и уплотнял их, придавал более совершенную форму, удалял лишнее. Низкий топчан, где меня распластало преображение, был застлан хорошо если тонким одеялом и простыней, но подняться с него, чтобы высказать Мелкаэну свое по этому поводу мнение не было никакой возможности.
Еще одна волна боли.
- Любопы-ытно... - протянул меж тем из своего угла Кланмастер Таймар. - А кхаэльская кровь, оказывается, не так выглядит... Неужели порог проводимости Силы зависит от формы кровяных телец?..
Тьфу ты, Тьма изначальная! Теперь ему вообще ни до чего дела нет. До меня в том числе. Может, я зря ему позволил заниматься наукой?
Лет шестьсот назад в Красных горах взорвался вулкан. Каюсь, умения сладить с затором стихийных потоков в земной толще мне тогда не хватило. Пока нужный настрой поймал, пока через Колонны разобрался где, что и как, пока дотянулся — оно и рвануло. Три деревеньки снесло, разворотило половину горы. Пепла и пыли в воздух поднялось столько, что урожай погиб на корню по всей стране, скот начал болеть и падать. В тот год мне пришлось пойти на серьезные уступки соседям и в спешном порядке заняться расширением торгового флота. Сил и денег на это ушло немало. Но получили мы все равно гораздо больше, чем потеряли. В одной из пещер, вход в которую обвалился, наверное, тысяч этак с пять-семь тому назад, а может и больше, обнаружили работающий постоянный портал-Арку.
Первыми, нешуточно рискуя погибнуть, в дыру сунулись, разумеется, мелкаэновы умники. На их счастье воздушные генераторы еще работали, и они не задохнулись в открывшейся перед ними сети древних катакомб внутри луны. Кто изначально их строил — вемпари, хильден, или и те и другие разом, так и осталось неизвестным. На стенах, частью природных а частью рукотворных, прежние хозяева никаких письмен не оставили, никаких хронологических записей с тех времен не сохранилось, но и без них было видно, что пользовались луной обе расы.
Нам достался огромный лабораторный комплекс со множеством рабочих залов, складов, подсобных и жилых помещений, мастерских и прочая-прочая. Кое-где сохранились рабочие механизмы, на треть или даже наполовину полные энергии кристаллы-накопители и блоки памяти с частично сохранившимися записями, пара рабочих телепортов, несколько анабиозных камер. Отдельный уровень занимали лаборатории химерологов, и большая часть найденного там инвентаря судя по легко узнаваемым знакам принадлежала хильден. В паре вольеров обнаружились скелеты животных, созданных последними перед тем, как хозяева лабораторий спешно покинули спутник.
И это я перечислил лишь малую часть из того, что мы здесь нашли! Редчайшее собрание камней и минералов со многих миров Колеса, великолепные по исполнению артефакты Силы с зарядом и без, чертежи оружия и кораблей, способных подниматься в пространство междумирья! А когда мы обнаружили выбитую прямо на полу одного из залов схему полного парного устройства Колонн...
В общем, этой луне цены не было. Вопрошающие Вещего тут же прибрали сокровище к рукам. Десмодский портал с тех пор охранялся, как важнейшая государственная ценность, Клан, несмотря на репутацию увлекающихся чудаков, приобрел громадное влияние, взял под свое покровительство школы и академии. О наших целителях гремела слава по всему материку и за его пределами... Я не препятствовал Мелкаэну раскручивать колесо науки.
И вот теперь лежу и расплачиваюсь! А в моей стране в это время демоны знают что творится.
- Тебе идет зеленый цвет, Мастер, но выглядишь ты при этом все равно отвратительно, - склонился надо мной Мелкаэн.
- Так уж и зеленый? - еле выдавил я. Челюсти свело, воздуха не хватало. Изменения добрались и до шеи с головой.
- Зеленовато-серый, - поправился Таймар. - А зачем тебе... э-э-э... рога?
- Чтоб по голове больше не били и для солидности, вместо короны. Сгинь, злыдень, я спать и жрать хочу, как собака! - я не стал ему рассказывать о Кетаровых проводящих имплантах, с которых скопировал сие «украшение», а то вовсе покою не даст.
- Судя по всему, немного осталось — сутки, может, чуть больше. Могу физраствор в вену ввести, полегчает.
- Издеваешься?! - с рыком возмутился я, чуть ли не всерьез намереваясь вцепиться ему в горло. - жидкость в вену?! Ты меня заживо сварить хочешь???
- Тише, тише, - Таймар примирительно вскинул руки и всем существом изобразил смирение. - Я просто предложил.
И он благоразумно растворился, зарывшись в свои бумаги и не смея меня беспокоить. Я выбросил боль из сознания, чтобы не отвлекала, и сосредоточился на плане, сложившемся в голове еще дюжину дней назад. И почти кхаэльский облик приходился для моей цели как нельзя более кстати — никто кроме ближайшего окружения слыхом не слыхал о существовании Светлых. Что уж говорить про их внешность...
Менять имя или не менять? И что делать с прежним?
Мысли, несмотря на все старания, текли вяло, по костям и внутренностям все еще тек расплавленный свинец. Опять зашептал назойливый голос..
- В этом теле хорошо убивать. Совершенно для убийства недостойных и слабых. Убивать... Пить кровь, горячую кровь, свежую кровь...
Тьфу, что за напасть! Снова накатил приступ злости. На Мелкаэна за то, что держит меня здесь и смеет предлагать что-то пусть отдаленно, но похожее на воду. На постоянный голод, который невозможно утолить, потому что организм отказывается принимать в себя даже кровь. На глупое дворянство, не желающее понимать, что своими никому не нужными бунтами они только подрывают благополучие всей страны.
А это мы уже проходили чуть больше полувека назад, когда я, сам того не желая, обзавелся любовницей, нарвавшись на Зиерру Кэллод.
Однажды для дела пришлось позволить ей забраться под мое одеяло, а она, не будь дурой, сделала все, чтобы остаться там навсегда. Да еще и заставила смертных напрочь забыть о том, что она — обычная фаворитка, выбранная из-за политики, но никак не по любви. Выбор тогда передо мной стоял до неприличия простой. Он и выбором-то, строго говоря, не был: либо я пожертвую постелью, либо взбунтуется полстраны, и усмирить это безобразие можно будет лишь большой кровью. Многие дворянские роды не чураются заниматься торговлей и нажили на этом немалые состояния. Купеческим гильдиям и Клану Играющих с Морем, под чьим покровительством оные гильдии процветают, это, разумеется, не понравилось. Кланмастер Рахабьер Найкамар явился ко мне в праведном гневе и заявил, что ежели я немедленно не утихомирю свары, то он уйдет со своего поста в отставку, потому как обнаглевшие дворянчики взялись нанимать пиратов и топят торговые суда. А военный флот не вездесущ и не бесконечен, чтобы поспевать везде и сразу! После чего развернулся и нагло хлопнул дверью моего кабинета.
Пришлось спешно вызывать к себе зачинщиков безобразия и, вместо того, чтобы дождаться, пока они проколются на чем-то сами и попадутся с поличным, начинать переговоры. Герцог Денсес Магнар оказался человеком с хваткой волкодава. Я потратил часов шесть прежде, чем мне удалось договориться с ним. Под конец он потребовал, чтобы я признал официальной фавориткой его дочь, выпускницу Круга некромантии. Наверное, надеялся таким образом влиять на меня, наивный. А я не колебался, выбирая меньшее из зол, как мне тогда казалось.
Кроме меня помнили об этом только мои орлы во главе с риану Разэнтьером. Гнать ее, честно говоря, было лень — она оказалась толковой управляющей. Но настолько замучила интригами и любовью к смертельным ядам весь двор, что ко мне с жалобами приходили даже потомки того герцога, который в свое время посадил ее на место моей фаворитки. Что ж... Сейчас ей придется отрабатывать звание Эль-Тари, присвоенное незаконно.
А я закрою на него глаза до той поры, пока не придет время маленького рыжего котенка...
Проснулся внезапно.
Когда успела уйти боль, и я провалился в сон? Не помню. Тело было легким, новым, непривычным. И зверски голодным — до морозного зуда в клыках и громогласно подвывающего желудка. Боль прошла совершенно, кровь так и кипела в жилах. Но я не спешил открывать глаза и шевелиться: ощущение силы может быть обманчивым, и перед тем, как встать, нужно проверить каждый нерв, каждую жилу, каждый мускул. Все чувства обострились до предела, а каждое прикосновение походило почему-то на слабый разряд молнии. Влажная от пота ткань на коже, игла капельницы в вене — воткнул-таки, паршивец! - воздух, почему-то странно шершавый в горле.
- Воистину, - Мелкаэн выдернул мешавшую мне иглу и благоразумно отступил подальше. - Ты гений, Мастер!
- М-да? - я все же изволил открыть глаза и сесть, опираясь одной рукой о неудобное ложе. Голова, тяжелая с непривычки, кружилась, мышцы предательски дрожали. Тело мстительно потребовало удовлетворения всех своих нужд сразу. - Зеркало есть?
- Разумеется. Пойдем, провожу, заодно приведешь себя в порядок. Но ты гений! Сотворить такое за каких-то четырнадцать дней!
- Да ладно тебе. - попытался отмахнуться я.
- Да нет, серьезно! Я натыкался здесь в одном из кристаллов памяти на совсем старые записи, их почти невозможно расшифровать, но кое-что понять можно, - птенец любезно подставил мне плечо по дороге к неприметной двери в дальнем конце зала. - Проект кхаэлей очень древний, еще с тех времен, когда никаких войн между птицами и ящерами не было. Они задумывались не то как особые стражи Колонн, не то как помесь двух видов, не то еще зачем-то в военных или исследовательских целях. Видимо, где-то хранились копии этих записей, по ним-то и создали Кота... А он уже начал передавать Искру другим. Интересно, сам он знает об искусственном происхождении?.. А ты вообще ухитрился сочетать в себе кхаэльскую Искру и Темный дар! Это же теоретически невозможно!
- Уймись, болтун, я стою перед тобой, - сделав вид, что пропустил его болтовню мимо ушей, я на самом деле, запомнил сказанное. На всякий случай.
- И то верно. Есть хочешь?
- Спрашиваешь!
На то, чтобы привести себя в более-менее подобающий вид, у меня ушло меньше часа. У грубоватой серой с зеленоватым отливом шкуры обнаружилось одно очень большое преимущество — ее не жгла вода. Не понять человекам, какое это ни с чем не сравнимое удовольствие — чистая, ничем не разбавленная вода. Горячая.
«Ты водным баловством не увлекайся» - посоветовал мне Таймар. «Пить все равно не сможешь, да и силовой резерв она жрет, просто медленнее. Тебя Бастаен в оранжерее ждет. Я ему весточку кинул, что ты пришел в себя — мигом примчался».
Вздохнув, я набросил халат на плечи. О возможности спокойно просушить мокрую гриву и, наконец, выспаться придется забыть.
«Отлично, только разгони лаборантов. Чем меньше посторонних рож меня увидит, тем лучше».
Идя по коридору в оранжерею, я прислушивался к себе. Мышцы все еще отзывались мелкой дрожью и слегка болели, но слушались. Двигаться приходилось немного иначе, ступая больше по-звериному, лишняя пара клыков откровенно мешала. Когти босых ног непривычно клацали по гладкому каменному полу, вытертому за тысячелетия почти до зеркального блеска, все казалось не таким. Кажется, даже зрение изменилось, став чуть более выпуклым. Мне не приходилось щуриться от резкого лунного солнца, льющего свой свет в окна с одной стороны.
Да, некоторые постройки, в основном жилые, лежали на поверхности луны, голубовато-белой, испещренной кратерами, усеянной валунами и скалами. Древние маги в прямом смысле слова вырастили надлунную часть зданий, подняв породу волнами и сомкнув ее не слишком высокими округлыми сводами. Окнами служили широкие толстые пластины прозрачного лирофанита, непонятно как и где добытые, а потом намертво вплавленные в камень. Красот пейзажа особо не разглядишь, зато светло и не так тоскливо, как внизу.
Бастаен явно нервничал. Еще не войдя, я услышал, как он гоняет во все стороны дурные мысли, боясь увидеть меня в новом облике. Ох, мука моя, жизнью жены выкупленная... Любила меня Рейн или нет, теперь дело десятое, я оставался виноват перед ней, и пожалуй, это пятно с совести не смоется никогда.
- Чего струхнул? - поинтересовался я, отворяя стеклянную дверь, ведущую в почти дикие заросли. Густой чуть влажный воздух пах землей и зеленью. Под прочным прозрачным куполом в нишах, кадках, горшках росло дышало и даже шевелилось множество самых разных растений. Между ними, согревая и опыляя, змейками носились мелкие воздушные и огненные духи.
- Да я... Так... Ничего. - сын вскочил мне навстречу, как подброшенный пружинкой мячик, чуть не сбив легкую плетеную мебель, тут же смутился и остался в тени огромного мясистого листа чашечника. Такие росли в каждом мало-мальски пригодном уголке луны и служили дополнительным источником чистого воздуха.
С рождения седой с редкого оттенка фиолетовыми глазами, сложением и чертами он больше походил на свою мать. Я упорно старался не замечать этого сходства, но иногда оно настолько бросалось в глаза, что хоть прочь беги. Сын, всегда настороженный и чуткий, как дикий горностай, старался встречаться со мной как можно реже и все больше уделял внимания девушкам и веселым компаниям, чем обязанностям наследника престола.
- Ты... - он смутился, не зная, как выразить свое изумление. - Это так... необычно. Отец, я... ну... Не пугай нас так больше, ладно?
- Не буду, - пообещал я, садясь во второе плетеное кресло под тем же «лопухом». - Надеюсь, ты простишь меня за обед не ко времени?
- Конечно, воля твоя, - кивнул он.
Великий Вещий, ну почему за почти триста лет его жизни я ни разу не мог поговорить с ним просто по-отцовски? Почему все вечно заканчивается взаимной неловкостью или ссорой? А ему по человеческим меркам всего шестнадцать! И родился он седым, разорвав утробу собственной матери до срока. Чистокровный ифенху. Моя вина — это я не удержал сонным дикое дитя. Отлучился из столицы незадолго до родов. А когда вернулся, мне предьявили звереныша. Так и не показав тело жены.
Дурак я. Неисправимый.
Явился молчаливый Мелканиан с двумя объемистыми кубками свежей крови на подносе — человеческой, между прочим, кто-то из лаборантов щедро поделился! - и свежайшей отбивной с кровью. С поклоном водрузил поднос на стол между нами и удалился. Я принялся за трапезу, подвинув ему один из кубков. Мальчишка его взял, но только пригубил, не отрывая от моего лица пристального взгляда темно-фиолетовых глаз.
- Отец, а это правда, что... Ну... Что у тебя будет жена-кхаэлья?
- Ну, когда это она еще будет. Но правда. А что? Я не должен?
- Нет, что ты! Просто... какая она?
Я задумался. Воображение тут же услужливо нарисовало образ лохматой рыжей девчонки с желто-зелеными глазищами, с неподпиленными коготками, с торчащими из нечесаной гривы ушами и хитрой мордашкой, вечно перемазанной то травой, то ягодным соком...
- Вот такая, - ответил я, выстрелив картинкой прямо в сознание сына. - Ей еще предстоит подрасти, прежде, чем речь зайдет хотя бы о помолвке.
Он впервые за весь разговор улыбнулся, тряхнув седыми локонами.
- Хорошенькая. И уж точно получше той мымры, которую ты при себе держишь, будет.
Я фыркнул и окончательно дорасправился с мясом, еле сдерживая сытое утробное урчание. Похоже, мне еще и кхаэльская мурлыкалка в горле досталась в придачу.
- Кстати о мымре. Как дела на Десмоде?
- Все сделано, как ты велел. Флаги в столице приспущены, объявлен траур, повстанцы радуются, мымра в печали. Ифенская часть Кланов потихоньку движется в сторону земель Ордена. Даже памятный обелиск поставили на месте твоей «гибели». В том, что Эль-Тару мертв, свято уверены все, а кто не уверен, тех Айвариан заткнули.
Я кивнул. Отлично. Все складывается как нельзя более удачно. И рингарские военные корабли у берегов Ниерра мне только на руку. Но действовать придется очень быстро. Иначе легко можно будет остаться без страны.
Сын тем временем спохватился, о чем-то вспомнил и выдвинул ногой из-под кресла длинный лакированный ларец темного дерева. Судя по форме и размеру храниться в нем могло только оружие. Судя по гербу на крышке — оружие непростое.
- Это Старейшина велел тебе передать, - присев на одно колено, Бастаен откинул крышку и бережно взял на руки двуручный меч.
Да такой, что я ахнул, не поверив своим глазам. Передо мной, поблескивая сталью, лежал Ловец Душ — смертельно опасный фламберг Владыки Кетара, страшное оружие, наделенное собственной волей и голодом. Я осторожно принял приятную тяжесть меча на ладони. Он тут же загудел, отзываясь. Но стоило приглядеться поближе, как наваждение пропало и стало видно, что это, скорее, младший брат кхаэльского Душелова. Металл клинка оказался не черным а скорее, зеленоватым, украшенная кованым оскаленным черепом гарда выглядела чуть менее вычурно. Да и сам череп, кстати, был не кошачьим а волчьим. Но все же, все же...
- Передай Старейшине мою искреннюю благодарность, - сказал я. - Лучшего подарка нельзя было преподнести.
Тореайдр Манвин вот уже многие века по праву считался лучшим кузнецом-оружейником Десмода. Нечасто теперь звенел его молот, но те произведения кузнечного искусства, что из-под этого молота рождались, ценились более, чем на вес золота и нередко оплачивались кровью. И вот этот меч. Змей ведь наверняка видел оригинал, принадлежащий Владыке Света, раз сумел повторить такое чудо. И наверняка просил его об этом сам Кетар.
Так что это был подарок в большей степени от него. Подарок — и напоминание. Ловец Душ, карающее оружие Хранителя Равновесия, который несет ответственность не только за свой мир, но и за свою сторону Колеса со всеми ее обитателями.
«Стань достойным — и получишь».
Все еще любуясь клинком, уже чувствуя, как он просится слиться с моей рукой, чтобы в танце с тенью проверить, хорош ли хозяин, я отдал Бастаену нужные указания, и мы расстались. Для начала мне следовало увидеться со своим злейшим врагом — Великим магистром Ордена Святого Сиареса Мобиусом Малефором, Хранителем Колонны Времени..
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 27 Окт 2013 20:22    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

В первом посте брошена ссылка на полный вариант. Комментарии куда хотите туда и пишите)
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Shulvik Прекрасная леди

Возмутитель спокойствия


Откуда: Харьков

Родители: Эриа
Дети: Germesida, Miss Azil, Кассандра, NATHALIE

СообщениеДобавлено: 30 Окт 2013 00:28    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

Илленн ан'Трилори, мне здесь нравиться по кусочкам читать
Smile Спасибо за такое замечательное творчество Heart fill with love

Редко захожу на форум, но про Колесо Судьбы всегда читаю с удовольствием Smile
_________________
Любовь лишает людей способности мыслить здраво, зато дарит способность не задумываться о будущем и не лишать себя настоящего. (с)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 30 Окт 2013 07:38    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

Shulvik, кусочками так кусочками) Мне не жалко)

ЗЫ, теперь к этому надо писать синопсис, а я не умеееею!
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Илленн ан'Трилори Прекрасная леди

Лихач на Пути


Откуда: Новосибирск


СообщениеДобавлено: 4 Ноя 2013 22:02    Заголовок сообщения:
Ответить с цитатой

[center]5. Завоеватель[/center]

Земли святой Инквизиции лежали юго-западнее официальных владений Кланов. Та часть материка гигантским клином врезалась в океан, и ее омывали стремительные течения, делавшие воды бурными и опасными для судов. Но пронырливые рингарские пираты, опасаясь заплывать в ледяные воды Ифенху-Тариет, решили начать именно оттуда. А еще одна затяжная война размахом во весь Ниерр мне была не нужна.
Посему ночью неподалеку от Цитадели сработала портальная Арка.
Близилась осень, с неба сыпала противная мелкая морось — не то дождь со снегом, не то снег с дождем, не то вообще мелкий град. Жесткая крупа колюче ударила мне в лицо вместе с порывом ветра, но не обожгла. Я натянул капюшон плаща поглубже и огляделся, одновременно принюхиваясь..
Почти голый перелесок с виду казался пустым. Но из-за ближайших кустов тянуло дымом костра и слышались треск и ругань — сквозь эти самые кусты уже ломилась охрана Арки.
- Стой, кто идет?! - двое небритых и продрогших орденских вояк вывалились из зарослей мне навстречу, обдав запахом давно немытых тел. М-да, прямиком из царства высокой науки окунуться в дикость пятисотлетней давности, кто бы мог подумать. Но я в жизни не позволю этим идиотам познакомиться скажем, с огнестрельным оружием. Дай таким в руки мушкет и потом беды не оберешься.
- Ваша смерть, - ответил я, нарочно подбавив в голос побольше звериного рычания. - Если вы, собачьи отродья, хоть кому-то проболтаетесь о том, что меня видели — разыщу где угодно и укорочу на голову. Ясно?
Стоило подбавить немного клубов светящейся фиолетовой Тьмы — и эти двое готовы были от страха согласиться на все, что угодно. Разболтают, конечно, в первом же попавшемся трактире за кружкой пива, да еще и подробностей присочинят. Ну да мне этого и надо. Пусть ползут слухи о демоне хоть с того света.
Едва я вышел из-под деревьев, как ветер набросился с новой силой, швыряясь все новыми горстями мокрой гадости. Хранитель я, в конце концов, или кто?
- Юдар, а ну живо утихомирь свою мелюзгу!
Послышался тихий вздох, и яростные порывы вокруг меня поутихли, а потом и вовсе свились прозрачными кольцами тела великого Змея. Юдар положил мне на плечо невесомую усатую морду и просительно посмотрел слабо мерцающими перламутром глазами.
- Поиграй со мной, - попросил Дух тоненьким детским голосом.
- Некогда сейчас играть, потом, - отмахнулся я. - Ты почему позволяешь мелким элементалям так себя вести?
Юдар опять тихо вздохнул и потерся ветряной мордой об мою шею. Нрав у него был шальной, он обожал играть с теми, кто его видел, но дело свое все-таки понимал.
- Я больше не буду, - виновато протянул он все тем же детским голоском и добавил хриплым пропитым басом: - Сотню каракатиц мне в глотку!
Я со смехом почесал его там, где на полуосязаемой гривастой голове предположительно торчало ухо.
- Верю, шкодник, верю. А теперь давай займемся делом, - Дух радостно вскинулся и дунул куда-то в сторону, вернулся, лизнул меня ветряным языком и замер в ожидании приказа. - Давай полетаем. Отнесешь меня, куда я скажу?
- Запросто! - на сей раз мне ответил голос князя Рамарэна, хэйвийского Хранителя Воды. - Прокладывай курс!
- Горе с тобой... тише, чего ты орешь-то так? Нам нужно добраться до большого замка на острове посреди реки, понял?
Юдар курлыкнул, фыркнул и свернулся в кольца, давая понять, что готов. Я выпустил крылья, аккуратным взмахом стряхнул с них мокрый мешающий плащ и... Мне бы хотелось сказать «красивым прыжком поднялся в небо», но увы, это не так. Скорее уж кое-как взлетел, тяжело хлопая крыльями и помогая себе левитацией. Дух тотчас подхватил меня на свою широкую спину, обвился петлей вокруг пояса — и мы помчались к Цитадели Ордена. При этом я старательно изображал красивый полет.
Внизу пронеслась деревенька с пастбищем, потянуло холодом от воды — мы пролетали над широким речным рукавом. В пасмурной темноте не видно было ни зги, даже мои звериные глаза различали всего лишь зыбкие черные силуэты. Но вот впереди замерцали факельные огни на дозорных башнях крепости, стали долетать редкие окрики часовых, в нос ударили запахи близкого человеческого жилья.
Я приземлился на вершине одной из открытых башен с нарочито гулким хлопаньем крыльев. Трое часовых вместо того, чтобы усердно бдеть в ночи, высматривая неприятеля, играли с кости, рассевшись вокруг старой бочки. Заслышав меня, они повскакивали с чурбаков, которыми протирали штаны и сбились в кучу. Костяшки и монетки со стуком раскатились по камням.
Развлекаемся? - поинтересовался я, откидывая с головы капюшон. - И не боимся, что командование узнает?
Один нервно икнул и попятился, второй попытался дотянуться до колотушки, чтобы ударить в гонг, а третий, запинаясь, пробормотал:
- Т-тревога... В-враг в крепости...
- Поздно, парень, - я махнул на него рукой, и он невольно шарахнулся прочь. - Командование определенно узнает о неуставном поведении в служебное время. Особенно, если вы распустите языки, шельмецы!
И я сделал шаг, прикрыв глаза и одновременно представив себя в личном кабинете магистра...
...Чтобы, моргнув, оказаться уже там. Темень царила уж вовсе кромешная. И пришлось подсвечивать себе, как это ни странно звучит, фиолетовым шариком Тьмы. Я добрался до хозяйского кресла, бросил на спинку промокший холодный плащ и плюхнулся на хозяйское место. Разумеется, наглость. Но не на жестком же стуле его дожидаться, верно? Я погасил светоч и прикрыл глаза. Чуть плеснув Силой — только, чтобы магистр почуял присутствие. Старый маг, вестимо, спал, потому как не вылетел мне навстречу с посохом наперевес и гневным криком: «Изыди, нечисть!»
Воздух пропах воском, старым пергаментом и бумажной пылью. На массивном письменном столе безраздельно властвовал идеальный порядок. Стены и мебель пропитались следами бесчисленных чар, которые век за веком творил здесь Хранитель Времени. Их наслоения настолько загустели и слежались, что иногда становилось трудно дышать.
«Ну давай, старый интриган, вставай что ли. У меня и так дел по горло, еще тебя дожидаться до утра!»
Послышались быстрые шаги, слева скрипнул потайной механизм. Слабый свечной отблеск мазнул по векам. Я лениво открыл глаза и уставился на хозяина кабинета наглее наглого.
- И чего тебя все время тянет пользоваться свечами, Мобиус? - с улыбкой вопросил я. - Неужели так не любишь кристаллы? А они надежнее, долговечнее и, прямо скажем, сберегают деньги.
С полминуты старик неверяще разглядывал меня, опешив от такой бесцеремонности. Потом хмыкнул, со стуком поставил подсвечник на каминную полку и плотнее запахнул халат. Кажется, он излучал возмущение даже лысиной на макушке.
- Ваэрден, - зашипел он, давясь словами. - Ты знаешь, что ты невероятная сволочь?!
- Знаю, - я улыбнулся еще раз и поудобнее разложил крылья по подлокотникам.
- Ты зачем моих вояк пугаешь? Ты представляешь, что сейчас творится по всей крепости?!
Ох, старый лис, не о том ты думаешь. И до стражников на башне тебе нет никакого дела. Каждое твое слово — всего лишь ширма, за которой ты прячешь истинные мысли. Впрочем, как и я. Мне до твоих людишек дела еще меньше.
- А мне-то что с того? В следующий раз будут думать, прежде, чем на посту в кости резаться.
Я внутренне усмехнулся. Как странно — раньше Старца-Время приходилось опасаться, а теперь он меня забавлял. Высокий, сухощавый и властный, Малефор двигался не по-старчески легко, время никак не меняло его выцветшее лицо. У младших ифенху он вызывал порой настоящий ужас, у тех, кто постарше и посмелее — ненависть. Змей придерживался договора о ненападении. А я, как глава Хранителей, мог распорядиться его судьбой.
Мобиус вздохнул и смерил меня укоризненным взглядом водянисто-серых глаз, сцепив пальцы на животе. Мол, ты, может быть, встанешь с хозяйского кресла? Я молча покачал головой и чуть шевельнул пальцами, плеснув силой в сторону погашенного камина. Заранее заготовленные сухие дрова с треском вспыхнули.
- Зачем пришел посреди ночи? - вздохнул магистр. Понял, что от меня избавиться не удастся. - Ни стыда у тебя, ни совести. Не жалеешь ты старого человека... Хоть бы кресло уступил старому человеку!
- Ты еще меня переживешь, старый человек, - фыркнул я. - Если конечно, будешь вести себя прилично.
Разговор обещал быть трудным. Мобиус намного старше меня, хитер и изворотлив, как лис. Прижать к стенке его можно, но заставить подчиниться — никогда. Он продолжал стоять возле письменного стола с укоризненной маской доброго дедушки на лице, а сам так и сверлил меня глазами. Что он знает? Что сумел просчитать, а что — увидеть, в сплетении вероятностей?
- Ты чем дальше, тем невыносимее, Волк. Что значит «прилично»? Я и так закрываю глаза на то, что ты отгреб себе полконтинента. А если я сейчас возьму посох да кликну стражу, чтобы она тебя в подземелье проводила?
- Ну рискни, - оскалился я, невольно прижимая уши. Посох Хранителя Времени, увенчанный шаром из черного лунника, делает ифенху слабыми и беспомощными, загоняет Темный дар глубоко внутрь, превращая нас в неподвижные куски мяса. - Учудишь такое — и я отсеку тебя от Колонн, даже сидя в тюремной камере. На это рук-ног не надо. Что будет потом — ты знаешь.
Маг отчетливо вздрогнул, но не поверил. Я лениво поднялся с кресла, спрятал крылья и начал прогуливаться туда-сюда, намеренно раздражая старика. Он настороженно следил за мной, словно опасался, что я на него прыгну. Занять освободившееся кресло не спешил. Давай же, бросай пустословие, Мобиус, ты знаешь, что демонстрация силы бесполезна и для тебя, и для меня.
- А всего две дюжины дней назад ты был необученным юнцом, который плевать хотел на дела Хранительства, - Мобиус хихикнул. - Забавно свиваются петли времени, ничего не скажешь... Хороша невеста?
Тьма изначальная, и этот туда же! Что им всем неймется-то?
- Лучше, чем можешь представить, - холодно отрезал я. - А теперь к делу, у меня мало времени.
Я замер возле пылающего камина и протянул к огню руки. Из языков пламени тут же высунулась любопытная мордочка Фирре, а потом и весь Дух скакнул на ладонь, что-то увлеченно щебеча. Невольно вспомнилась его неродившаяся хэйвийская Хранительница. Интересно, кто сейчас заменяет ее?
- Ты стал до жути похож на Кота, Ваэрден. Тебе осталось только замурлыкать и начать изъясняться загадками. Я бы на твоем — и на своем месте тоже — не связывался с интригами Владыки Света.
- О чем ты? - я изволил чуть развернуть к нему одно ухо, выражая любопытство. Большего ему видеть не положено.
- Никогда не знаешь, что у кошек на уме, - притворно вздохнул магистр. - Они, вроде бы, мурлычут тебе и позволяют чесать себя за ухом. Но в следующий миг могут располосовать до крови ласкающую руку.
- Я не верю бездоказательным намекам.
- Так уж и бездоказательным? - Мобиус смотрел на меня, словно учитель, досадующий на нерадивость бестолкового ученика. - А ты подумай, с чего ему понадобилось обручать тебя с малолетним детенышем, да еще через Время? Ты не забывай — я присутствую везде.
Сущая правда. Мобиус Малефор, старейший из ныне живущих магов Десмода, не имел своего Духа Колонны — он сам им был и ухитрялся жить одновременно в прошлом, настоящем и будущем. Выбирал ли он самые «толстые» нити вероятностей или же существовал во всех сразу, никто не знал. И, наверное, к лучшему — рассудок целее.
- Почему бы ему не заключить обычный союзный договор, подумай? - продолжал старик. - Свет и Тьма до этого никогда не сходились вместе, они должны пребывать на разных сторонах Оси. А девочка — Наследница Равновесия. Ее долг втройне превыше всего остального, и покинуть Хэйву она не сможет.
Я тщательно изобразил волнение, скрытое под самоуверенной ухмылкой. Пусть считает, что удар достиг цели. Привычка к интригам в любом случае заставит его видеть вместо настоящих чувств маску, и гадать, что же скрыто внутри. Покажи я хоть какие-то чувства — и он наверняка решит, что я что-то задумал. А мне этого не нужно...
- Любопытно, с чего это тебе вздумалось меня предупреждать? - поинтересовался я, поглаживая Духа.
- Неужели ты думаешь, что я могу пренебречь своим долгом Хранителя?! - казалось, Мобиус искренне оскорбился. - Мое дело — предупредить тебя о том, что в планах Владыки Света что-то нечисто. Прислушиваться или нет — тебе решать.
Он вздохнул так, будто я обидел его в лучших чувствах. В искренность не верилось.
- У меня нет причин не доверять Кетару-эрхе. К тому же, кто в здравом уме отказывается от хорошенькой невесты? - лучше будет, если магистр сочтет меня по уши увлеченным только любовной стороной союза. Хотя, в это он может и не поверить.
- Как хочешь, - пожал плечами Малефор. Я хотел, как лучше, все-таки, поддерживать Опору Равновесия — моя обязанность, - он уселся в кресло, сцепив руки в замок перед собой. - Скажи все-таки, зачем явился посреди ночи?
Я мысленно выдохнул. Ну, наконец-то!
- Договориться о более... мирном сосуществовании, скажем так, - ответил я. - Ты прекращаешь охоту на Кланы, как мои, так и более древние. А я обязуюсь дать вам некоторое послабление на своих землях.
- Вот как? - усмехнулся магистр. - А не многого ли ты просишь?
- Твоим рыцарям давно пора усвоить, что мы не дичь, и времена охоты давным-давно кончились! - возмущенно фыркнул я. Между прочим. Искренне.
- Твоим птенцам тоже не мешало бы усвоить это же, - съехидничал Малефор. - Они приходят и нагло разоряют наши земли. И добро бы, шла война, а то ведь просто играются!
- Давай начистоту и без человеколюбия, Мобиус, - я снял непоседливого Фирре с плеча и попытался было засунуть его обратно в камин, но тот наотрез отказался слезать с рук. - Мои орлы обеспечивают тебе выбраковку, естественный отбор — кажется, по-научному это так называется. Молодым хищникам нужно охотиться и оттачивать навыки. Твои молодчики сами это выбрали, пенять не на кого.
- Я мог бы сказать тебе почти то же самое. - улыбнулся старый маг. - Только с точностью до наоборот. Лишние волчьи стаи тоже истребляют, чтобы они не резали скот.
Я на корню задавил желание перегрызть ему глотку, едва оно вздумало шевельнуться внутри. Не дело портить свою и так не слишком радужную репутацию, да и старик живет не первую тысячу лет. Но вот мелкую политическую пакость я ему устрою непременно. Чтобы не расслаблялся.
- Рингарцы у твоего порога, Мобиус, - я начинал терять терпение, и Фирре у меня на руках беспокойно заерзал, зашипел, затрещал. - Ифенху-Тариет раздирают бунты, и я сильно сомневаюсь, что дворяне тебе не приплатили за то, чтобы ты не давал нам покоя, раздирая войска на два фронта. И даже не отпирайся!
Похоже, я задел его за живое — глаза забегали. Чтобы скрыть замешательство, он начал деловито рыться в бумагах, как будто на свете не было занятия важнее. Мы с Фирре молча ждали ответа. Я почесывал прыткого Духа когтем по горячей шейке, тот жмурился и только сильнее начинал потрескивать от удовольствия.
- Отпираться? И не подумаю. Раз уж разговор... начистоту. - последнее слово магистр буквально выплюнул. - Не твоих ли молодцев стараниями половина крепостей теперь требует ремонта? А денег на него... сам знаешь
- Постулаты Ордена, видимо, уже ничего не значат, - фыркнул я. - И святая инквизиция теперь живет мирскими интересами. Так вот, если рингарские пираты завладеют материком, все твои торговые договоры, о которых я, представь себе, знаю, полетят хильден под хвост! К тому же, они могут отправиться туда же и в случае удачного бунта — северные дворяне, знаешь ли, прижимисты и делиться не любят. И останешься ты ни с чем.
Прислушался или нет? По прицепившейся на Хэйве привычке я устроился прямо на ковре возле камина, поджав под себя ноги. Пламя обдавало спину приятным жаром, раздраженная физиономия Хранителя Времени доставляла истинное удовольствие. Он долго созерцал мою персону, постукивая сухими длинными пальцами по столешнице, и думал. Очень жаль, но расслышать его мысли я никак не мог из-за крепкого ментального щита. Можно было, конечно, пробить, но зачем мне скандал?
Поэтому я просто ждал его ответа. Гроза Ордена Святого Сиареса в ночном халате и тапочках на босу ногу изволил обдумывать момент государственной важности с таким лицом, что я на месте какого-нибудь незадачливого адъютанта не рискнул бы сунуться сюда даже с вопросом все ли в порядке.
- Твои условия? - наконец, изрек магистр Малефор, пристально взглянув мне в глаза. И не боится же.
Я позволил себе развалиться на ковре полулежа, опираясь на локоть. Кажется, это уже ни в какие ворота не пролезало, потому как глаза у магистра сделались из нормальных круглыми. Нет, определенно, доля кхаэльской кошачьей наглости — весьма полезная штука в ведении дел.
- Первое. - я воздел коготь, выпущенный на всю длину. Заточен он был до почти кинжальной остроты. - Ты перестаешь вести военные действия против Кланов. Второе — разбираешься с рингарцами пока я утихомирю дворян. И в случае успеха, если ты поумеришь спесь, я заключу с тобой торговые договоры официально. И дам в долг достаточно денег на ремонт крепостей.
О-о, как он зашипел в ответ! Ровно кот, которому по весне оборвали любовную серенаду ведром воды из окна. Досталось и «наглой ифенховской зеленой морде» - мне то есть. И «не менее наглому белому кошаку», которому не мешало бы оборвать усы за то, что лезет, куда не надо. И даже — совсем негромко! - некоторым хильден высшего ранга трижды по матушке. Но, так или иначе, ему пришлось согласиться — за отсутствием выбора и под угрозой отсечения от Колонны Времени.
Расстались мы, если так можно выразиться, союзниками. Правда, я забыл у него свой плащ. Но возвращаться было бы глупо, не так ли?
_________________
А мы костер распалим до неба,
Осветим всю Землю до края!
Лишь бы не закончились сказки,
Лишь бы не отсырели дрова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Мир Дельта — Форум полуофициального сайта Оксаны Панкеевой -> Проза: Ваша точка зрения Часовой пояс: GMT + 4
На страницу Пред.  1, 2
Страница 2 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
Оксана Панкеева рекомендует прочитать:

Цикл завершается последним томом:

Оксана Панкеева, 12-я книга «Распутья. Добрые соседи».